от 05.04.2001

ПОЛВЕКА МИРА НА КОНТИНЕНТЕ
Ветеран европейской политики Жак Сантер об успехах и проблемах ЕС
Владимир Катин

Политический деятель европейского масштаба Жак Сантер родился в 1937 году в люксембургском городе Вассербилиг, что находится на берегу пограничной с Германией реки Мовель. Образование получил в своей стране, затем продолжал изучать юриспруденцию в Страсбурге и Париже. Вернувшись на родину с дипломом доктора права, он какое-то время занимался адвокатской практикой, затем перешел в государственную администрацию, был министром юстиции, финансов, экономики и в течение десяти лет премьер-министром Люксембурга. В 1995 году Сантера выдвигают на самый ответственный и престижный в объединенной Европе пост - он становится председателем Комиссии Европейского союза. Под его руководством был задействован процесс расширения Евросоюза, участников которого стало пятнадцать, были сделаны первые конкретные акции для введения единой валюты евро, вступили в фазу реализации Договор о партнерстве и сотрудничестве с Россией и ряд других мер по консолидации стран и народов континента. В 1999 году в возглавляемой им Комиссии ЕС разразился крупный скандал - один из ведущих комиссаров, как называются руководители, курирующие определенные отрасли, француженка Эдит Крессон была уличена в использовании служебного положения в своекорыстных целях. Сантер мог вывести ее из своей команды, избавиться от запятнавшего себя сотрудника и тем самым положить конец кривотолкам вокруг Комиссии ЕС. Однако как человек, сознающий свою ответственность, щепетильный ко всякого рода нарушениям служебной этики, он решил подать в отставку всем составом возглавляемого им общеевропейского правительства. Ныне Жак Сантер - депутат Европейского парламента от Люксембурга.

- Вот уже почти полвека строится новая, объединенная Европа - на какой стадии находится это строительство сегодня?

- В мае прошлого года, 9 мая, мы отмечали полвека декларации Робера Шумана - инициатора проекта унификации стран, составляющих Европу. С тех пор пройден впечатляющий путь. Давайте взглянем на план Шумана с такой точки зрения - что в нем главное, какова суть, квинтэссенция? Воцарение надежного мира на континенте посредством объединения стран и народов с учетом взаимных интересов. Да, речь шла об установлении мира, а не перемирия, как было во все прошлые времена. Такой мир, по идее Шумана, должен был прийти на землю Европы через окончательное примирение Франции и Германии. Это было главное звено в процессе единения. Сначала, как известно, появилось ядро решивших объединиться государств, их было шесть. Потом стало девять, двенадцать, пятнадцать. Теперь дело идет к объединению практически всех стран этой части света. Подчеркиваю, что стержень единства - это фактор прочного стабильного мира, который теперь реальность... Я, например, не могу себе представить, что сегодня, в наше время, кто-то из участников Европейского союза нападет на своего партнера, объявит ему войну, как это происходило все прошлые века и совсем недавно - в минувшем веке. Теперь это просто нонсенс, не так ли? Полвека мира в Европе - это самый длительный мирный период в ее истории. Разве это не великое достижение?

Исходя из нашего полувекового опыта мирного развития и сотрудничества, которое постоянно совершенствуется, следует, на мой взгляд, сделать выводы о необходимости перенесения этого опыта на другие страны и регионы планеты. Для этого стоит проанализировать наши успехи в таком аспекте - в чем причина? Причина заключается в том, что мы сумели наладить экономические отношения между странами-участницами таким образом, что многовековой антагонизм, приводящий к конфликтам и войнам, уступил место гармоничному и вполне всех устраивающему взаимодействию. Начало было положено созданием Европейского объединения угля и стали, устранив таким образом конкуренцию в этих принципиально важных базовых отраслях экономики. Так, создав единый внутренний рынок, мы постепенно шли и пришли теперь к единой валюте - евро. Такой опыт, думаю, вполне достоин того, чтобы к нему внимательно присмотрелись и другие страны.

- Безусловно, все, о чем вы говорите, является большим достижением и ценным опытом для других. Теперь идет процесс дальнейшего объединения уже со странами Восточной Европы. Но далеко не все из кандидатов, стоящих на пороге Европейского союза, имеют равный с его участниками уровень хозяйственного и социального развития. Интегрироваться им, видимо, будет не так-то просто...

- Действительно, это так. Но здесь должны быть задействованы коллективные усилия, и Европейский союз имеет хороший опыт на этот счет. Достаточно вспомнить, что и прежде, в процессе строительства объединенной Европы, к ядру первопроходцев постепенно подключались страны с далеко не однозначными показателями в тех или иных сферах жизни и хозяйственного уклада. Возьмем, к примеру, Португалию, Испанию, Ирландию, Грецию, которые вступали в союз с грузом своих проблем, но именно участие в этом союзе обязывало, подталкивало их форсировать решение проблем. Плюс к этому - коллективная политика оказания необходимого содействия. Не все, конечно, гладко в этих странах и по сей день, есть свои незавершенные дела, нерешенные вопросы. Но в итоге они вышли все-таки на уровень предъявляемых требований и теперь уже состоят в когорте государств зоны евро. Так что, исходя из опыта прошлого, мы можем расширять Евросоюз и дальше.

- В последнее время много говорят о необходимости проведения реформ в Европейском союзе, в его структурах управления. Так что же, по-вашему, следует реформировать?

- Перед нашим союзом, как я уже сказал, стоит сейчас главная задача - проделать сложную работу по организации расширения его состава за счет принятия новых партнеров. Это 12 стран-кандидатов. Все они находятся в Европе, и не может быть никакого сомнения насчет того, что они должны в конце концов состоять в лоне союза. Это очевидно. Но очевидно также и то, что мы физически не сможем управлять союзом из 27 участников с народонаселением где-то около 500 миллионов человек по той же схеме управления, какая была выработана полвека назад для шести участников... Вот в этом-то и состоит проблема. Предстоит реформировать, пересмотреть и перестроить структуры этой общеевропейской организации с таким расчетом, чтобы она могла оперативно, без помех управлять всем ансамблем входящих в нее партнеров. Поиски таких реформ идут. К сожалению, последняя встреча в верхах руководителей Европейского союза в Ницце под председательством Франции не дала в этом плане никаких результатов. Понимаете, камень преткновения в том, чтобы очень взвешенно подойти к вопросу о распределении компетенций - какие следует делегировать общеевропейским инстанциям и какие оставить национальной администрации в странах-участницах. Это весьма чувствительная, деликатная тема. Необходимо, чтобы простой народ, люди, как говорится, с улицы отчетливо представляли себе, что такое для них объединенная Европа, как она функционирует, где границы компетенции местных властей. Это одна сторона проблемы. С другой - требуется во что бы то ни стало избежать раскола Европы. Ведь интегрировать абсолютно всех не представляется на сегодня возможным, но в то же время Россия, Украина, Беларусь с их культурой и влиянием на жизнь Европы не должны быть отлученными от происходящих на континенте трансформаций. Вот в этом-то и заключается специфика задачи по реформированию существующих общеевропейских институтов.

- Как вы относитесь к идее европейской федерации, которую, в частности, высказал в прошлом году Йошка Фишер? Действительно ли возможна такая Европа и даже с единым президентом во главе?

- По моему глубокому убеждению, Европа в конечном счете придет к формуле федерации. Это будет федерация государств-наций. Но это не будут Соединенные Штаты Европы по образцу Америки, нет! Мы имеем свою концепцию на этот счет, свою модель федерации. Европа - многонациональный континент, где каждая нация отличается, и порой весьма значительно, от другой. Это многообразие культур и национальной специфики является нашим достоянием, богатством Европы, и каждый народ должен их свято хранить. Думаю, однако, что путь к такой федерации будет долгим, и торопиться здесь не следует. Все должно развиваться поэтапно. В конечном счете будет и президент европейской федерации, почему бы нет?

- В вопросе расширения Европейского союза проявляются неоднозначные подходы. Немцы, например, выступают за то, чтобы принять в союз всех восточноевропейцев, и как можно скорее. Понятно, что этим они уже сейчас обеспечивают себе сторонников на будущее внутри союза.

- Оптом всех присоединять нельзя. Каждого кандидата надо рассматривать отдельно и судить о нем по конкретным делам, по его готовности. Для этого выработаны три критерия, по которым оценивают кандидатов. Это политический критерий, экономический и общеевропейский - способность выполнять целый комплекс юридических, социальных и прочих требований, обязательных для всех партнеров. Вот по этим критериям и оценивается способность того или иного государства быть полноправным участником Европейского союза. В мою бытность председателем Комиссии ЕС мы пригласили в категорию первых кандидатов Польшу, Чехию, Словению, Венгрию, Эстонию, считая, что они отвечают предъявляемым требованиям. Тогда как, скажем, Румыния, Болгария еще не готовы к такому старту. Но это не значит, что их надо оставлять на произвол судьбы. Мы обязаны помочь этим странам преодолеть их объективные трудности.

- Все это, безусловно, так, как вы говорите. Однако, насколько я знаю, далеко не все партнеры по Евросоюзу являются горячими сторонниками его расширения на восток. Скажем, Португалия, Испания от этого не в восторге, поскольку им урежут субсидии из общеевропейской казны, переключив средства на новых бедных родственников.

- Да, конечно, финансовая сторона в данном вопросе присутствует. Ведь половина бюджета Комиссии ЕС расходуется на поддержание, субсидирование сельского хозяйства в странах-участницах, испытывающих трудности в этой отрасли. Так что нам нужно реформировать и эту область экономики, чтобы сельское хозяйство не требовало дотаций и было конкурентоспособным в мировом масштабе...

- Согласно Римскому договору, государства, образующие Европейский союз, являются в нем равноправными. В то же время на протяжении вот уже десяти лет, вплотную наблюдая деятельность этой организации, ее учреждений, я вижу, что внутри идет непрерывное соперничество. Малые страны, скажем, Бельгия, Голландия, Люксембург, образуют даже своеобразные блоки, чтобы отстаивать свои интересы, которые не всегда совпадают с интересами более мощных и влиятельных партнеров. Внутри союза существует тандем Франции и Германии, которые выдвигают, а порой просто навязывают "коллективные решения". Однако сейчас и между ними возникло соперничество, и налицо стремление Германии, как самой крупной и богатой страны, стать единоличным лидером в Евросоюзе. Что вы об этом думаете?

- Сразу же хочу напомнить, что Европейское экономическое сообщество, ставшее затем Европейским союзом, с самого начала было основано на франко-германском примирении. Это был краеугольный камень союза. Поэтому эти две страны являются его мотором, порой употребляется термин "ось Франция-Германия". Действительно, они играют в этом ансамбле роль первых скрипок. Лично я не склонен считать, что это какая-то директория. Нет, взаимодействие этих стран нужно и важно для всего союза. Если же в их взаимодействии произойдут сбои, возникнет недопонимание, то негативные последствия скажутся на союзе в целом. Поэтому в интересах всех стран Европы, чтобы франко-германский мотор работал слаженно, в нормальном режиме. Конечно, сейчас на авансцену выходят люди нового поколения, рожденные после войны. У них свои взгляды, и с этим надо считаться... Но важно, чтобы при неоднозначности мнений был соблюден баланс интересов отдельных стран и интересов общеевропейских, чтобы интересы отдельного государства или двух не ущемляли остальных.

- Перейдем к отношениям Европейского союза с Россией. Создается впечатление, что здесь используются далеко не все имеющиеся возможности, что это сотрудничество оставляет желать лучшего.

- Договор о партнерстве и сотрудничестве между Европейским союзом и Россией еще не наполнен тем содержанием, которое предусмотрено этим документом. Есть тому и объективные причины. Ведь переход России к рыночной экономике - процесс длительный и сложный... Но теперь, на мой взгляд, уже сложились хорошие предпосылки в этом направлении, есть перспектива развивать и расширять сотрудничество по всем азимутам. В свое время у меня были прекрасные контакты с Черномырдиным, с Примаковым. Я чувствовал, что они хотят серьезно, по-настоящему взаимодействовать с Европейским союзом. В нынешних условиях, когда у руководства Россией встал новый, динамичный президент Владимир Путин, самое время осуществлять такое сотрудничество. Важно не упустить время. Ведь для этого есть огромные возможности в экономической и культурной сферах и обоюдное желание.

Брюссель