АНКЛАВ ИЛИ ЭКСКЛАВ?

Спецвыпуск «Времени МН»

— Валерий Николаевич, Калининградская область скоро окажется в окружении очередных членов Евросоюза — Литвы и Польши. Насколько четко в связи с этим определена судьба региона?

Валерий Устюгов,
член Совета Федерации от Калининградской области, зампред Комитета по международным делам:

— Судьба Калининградской области будет развиваться в зависимости от того, чего мы успеем добиться от Евросоюза к моменту вступления туда наших соседей.

Может быть несколько вариантов. Худший вариант — установление жесткого визового режима, а значит, по существу изоляции области.

Второй вариант — щадящий режим с открытием многоразовых виз. Это удовольствие не дешевое и в общем-то проблему свободы передвижения для калининградцев не решит. А область полностью зависит от России, как ребенок от матери. Есть и третий вариант — безвизовый режим для жителей области.

— Пока развитие ситуации говорит в пользу второго варианта. Каковы его экономические последствия?

— Федеральная программа развития области предусматривает строительство массы объектов, имеющих стратегическое значение для региона, например, строительство ТЭЦ-2. Сегодня электричество в Калининградской области самое дорогое на Северо-Западе. Область получает электричество через систему транзита через сопредельные балтийские государства. Это чрезвычайно дорого. Но с уходом, например, Литвы и Латвии в энергосистему Евросоюза транзит станет еще дороже.

Примерно в 2005 году первый энергоблок ТЭЦ-2 будет введен в действие. В принципе, нам хватило бы и его одного, но на перспективу нужен второй. Стоимость газопровода будет зависеть от заинтересованности тех, кто будет осуществлять строительство. Нитка должна пройти через Белоруссию, Литву.

Калининградская экономика за многие годы сформировалась таким образом, что примерно 70% сырья, перерабатываемого в области, идет из России.

При пересечении границ сопредельных государств для нас действуют международные тарифы. Из-за стоимости перевозок и транзита энергоносителей продукция калининградских предприятий, несмотря на все льготы, становится по своей цене неконкурентоспособной. Если к этому будет введен и визовый режим плюс все прелести пограничного контроля и таможенного оформления, то с Калининградской областью вообще будет неинтересно работать.

— Но даже с учетом всех проблем области инвестиции в регион делаются.

— Да. Но их объем далек от потребностей. Существует масса недействующих предприятий: в условиях особой экономической зоны они зарегистрированы и ждут своего часа, когда предпринимательский климат будет соответствовать их интересам. Это касается и визового режима пересечения границы, и введения упрощенной системы оформления грузов. Ведь сегодня в соседних с нами государствах быстрыми темпами создаются необходимые условия для экономического рывка. ЕС на это денег не жалеет.

— Много говорят о том, что Калининградская область давно стала местом слива некачественных польских товаров.

— Однозначно сказать сложно. 70% польского экспорта приходится на ЕС и только 2,8 проц. — на Россию и в основном на Калининград. Во многом польские товары нашим не уступают.

— Федеральная программа развития области предполагает чуть ли не самую большую сумму вливания по сравнению с другими регионами.

Программа предусматривает выделение 93 млрд долларов на срок до 2010 года. Примерно 20% этих денег — из федерального бюджета. Все остальные должны быть привлечены в качестве инвестиций.

— Но как привлечь деньги в регион, который Счетная палата официально объявила банкротом?

— Если под банковские гарантии даются деньги, то нужно, чтобы в регионе работали крупные банки. Под гарантии местной власти при статусе банкрота получить деньги вряд ли возможно. В нашем случае в полной мере должен заработать механизм правительственных гарантий. Самостоятельно подтянуться к уровню соседей область не может. Тут ведь надо учитывать и дефицит времени, поскольку наши соседи уже готовятся к введению визового режима пересечения границы с 2003 года, а это значительно осложнит наше положение.

— Поляки и литовцы уплотняют границы, а мы?

— А мы в ожидании. У нас открытые границы с государствами СНГ. Социальная неустроенность гонит людей из этих стран в Россию, а Калининград — один из самых привлекательных уголков для мигрантов. Такая практически неконтролируемая миграция пугает ЕС. Но ведь и нас должна беспокоить.

Нужны определенные режимные меры. Въезд на территорию области нужно ограничить для тех, кто отношения к ней не имеет. Существует же в Москве соответствующая система, а на такой приграничной территории, как Калининградская область, она просто необходима. Сейчас к нам едут все, кто хочет, и живут столько, сколько хотят. В область съезжаются и те, кто прославил ее в криминальных сводках.

— Не кажется ли вам, что криминал в области — проблема трансграничная?

— Прежде всего это наша проблема. И ее как можно быстрее надо решать. А соседям проще всего закрыться от нас и наших проблем.

Министр иностранных дел Испании Хосеп Пике заявил о том, что к саммиту России и ЕС, который должен состояться в мае, между нашими странами будет готово соглашение по Калининграду. Это должно быть, прежде всего, политическое соглашение, чтобы мы смогли договориться по интересующим нас проблемам с Литвой и Польшей. Сейчас эти страны выполняют одно из основных требований для вступления в ЕС — уплотняют границы. Это грозит изоляцией региону, прорвать которую будет значительно труднее, чем не допустить ее.

— Насколько сегодняшнее федеральное законодательство учитывает специфику Калининградской области?

— В силу геополитической ситуации, в которой мы оказались, не все законы, принимаемые центром, можно применять в Калининградской области без оговорок. Так получилось со второй частью Налогового кодекса: товары, привезенные на территорию России из области, приравняли к товарам из-за границы. Если уж законодательство и не стимулирует развитие этого региона, то оно хотя бы вредить не должно. Поэтому я считаю, что каждый новый федеральный законодательный акт обязательно должен учитывать специфику анклава. Это очень серьезная норма.

— Если подтянуть законодательство Калининградской области к европейскому, то как оно будет соотноситься с российским?

— Четыре года назад, когда Польша выразила желание вступить в ЕС, я заявил об опасности для области оказаться между двух огней. Еще тогда нужно было адаптировать региональное законодательство к европейскому в той части, которая не противоречит федеральным законам. Но для этого нужна была подача центра, а ее не последовало.

Сегодня поляки для того, чтобы унифицировать свое законодательство перед вступлением в ЕС, должны принять две тысячи законов и поправок к законам. У литовцев этим занимается специальный комитет в сейме. Работа идет очень быстро.

Главное, на мой взгляд, правильно расставить политические ориентиры для калининградцев. Они должны быть уверены в том, что они — часть России, которая двигает их по пути прогресса, а не строит в области интернат для слабоумных детей, переданных на воспитание Европе.