№9, 22 января 2001 г.

		Прусский дух
		Россию приглашают серьезно поговорить о Калининграде

Германия ведет секретные переговоры с Россией о возвращении Кенигсберга -- такую сенсационную новость поведала вчера читателям британская The Daily Telegraph. По утверждению газеты, которая ссылается на немецкие источники, этот вопрос обсуждался на рождественской неофициальной встрече президента России Владимира Путина и канцлера Германии Герхарда Шредера. Если верить изданию, речь пока что идет не о передаче Калининградской области, российского анклава на Балтике, под юрисдикцию Берлина, а о заключении некоего договора об особых отношениях Калининграда с ЕС после того, как единая Европа распространится на Польшу и Литву. Предполагается, что немецкий бизнес получит эксклюзивные права в бывшей Восточной Пруссии в обмен на списание российских долгов перед Германией.

Представитель российского МИДа в Калининградской области Артур Кузнецов в интервью радио «Эхо Москвы» категорически опроверг сведения о такого рода переговорах, назвав их «очередной ступенью информационной войны против Калининграда». Ведется ли такая война, доподлинно неизвестно, но одно очевидно: с 1 января, когда место председателя Евросоюза заняла Швеция (главный европейский поборник программы Северного измерения ЕС), Калининград, до сих пор достаточно редко попадавший в ряд ньюсмейкеров, оказался в центре всеобщего внимания. Сначала американская The Washington Times, известная тесными контактами с американской разведкой, сообщила, что Россия якобы разместила на Балтике тактическое ядерное оружие. И хотя Владимир Путин официально назвал эту информацию абсурдом, Польша и Литва при поддержке госсекретаря США Мадлен Олбрайт потребовали международных инспекций анклава. Буквально несколько дней спустя в Брюсселе был обнародован проект доклада Еврокомиссии по Калининграду, в котором российский анклав характеризуется как потенциальная «черная дыра» внутри расширяющегося ЕС. Калининград назван основной причиной загрязнения Балтийского моря, а также источником криминальной деятельности. Если к этому добавить эпидемию СПИДа, то картина получается устрашающей. Калининградская тема стала главной на только что завершившихся переговорах в Москве члена Еврокомиссии Криса Паттена, по итогам которых г-н Паттен заявил, что «сделан шаг вперед». Он, впрочем, считает, что никакое «ассоциированное членство» Калининграда в ЕС невозможно.

Сделка «Калининград в обмен на долги», о которой пишет The Daily Telegraph, неправдоподобна -- невозможно представить себе, что Москва, которая десятилетиями торгуется с Японией за четыре клочка суши в Тихом океане, сделала бы столь щедрое предложение Германии, тем более что принадлежность бывшей Восточной Пруссии России никто не оспаривает. Однако тот факт, что Калининград стал главной темой российско-европейского диалога, который к тому же сопровождается столь своеобразными «утечками», показателен.

В Европе давно уже не удовлетворены теми отношениями, которые складываются между Россией и ЕС. На протяжении долгого времени Москва занимала весьма пассивную позицию в отношении тех поистине исторических процессов интеграции, которые активно разворачиваются в Старом Свете в последние годы. Так, Россию куда больше занимало расширение НАТО, хотя расширение ЕС по своим последствиям может оказать на нашу страну куда большее воздействие. С приходом в Кремль новой администрации контакты с Европой вроде бы активизировались, Владимир Путин совершил несколько весьма удачных визитов в европейские столицы. Однако оптимистичными декларациями реальный прогресс и исчерпался. Более того, долговая проблема резко осложнила отношения с европейскими партнерами. Такое впечатление, что Москве сейчас дают понять: откладывать дальше выработку европейской политики России некуда. В противном случае через несколько лет расширившаяся Европа сама решит, с кем и как ей иметь дело -- с Москвой или напрямую с Калининградом.

Игорь МАКСИМОВ