На днях прошла конференция : Индустрия СМИ: направление реформ, на которой на самом высоком уровне обсуждались проблемы средств массовой информации и пути их реформирования. Предлагаем прочитать интервью с министром печати М.Лесиным. опубликованное в ежедневной “Газете”

Ежедневная “Газета”
21.06.2002

"Сами слухи придумываем, сами их внедряем, а потом сами комментируем"

В четверг в Москве завершила свою работу конференция "Индустрия СМИ: направления реформ". Сразу после ее окончания министр печати Михаил Лесин дал интервью обозревателю "ГАЗЕТЫ" Светлане Сметаниной.

Лесин выдвинул условия своей отставки - Как вам удалось убедить президента, что необходима реформа рынка СМИ?

Я его не убеждал. У президента твердая позиция, что необходима реформа, и не только в средствах массой информации, но и в отношении всей экономики в целом. И когда он встречался с участниками нашей конференции, он абсолютно четко ее обозначил. Поэтому, я думаю, нужно больше сам рынок убеждать в необходимости реформ.

- Вы действительно готовы через 2--3 года расформировать министерство?

- Не расформировать, а реформировать. Непременно останутся какие-то государственные агентства или комиссии с определенными полномочиями, поскольку государство все равно имеет обязательства по выполнению действующего законодательства: например, исполнение функций контроля за тем, как средства массовой информации соблюдают российское законодательство, или по разработке частотного ресурса. Но, на мой взгляд, сегодня у министерства есть некоторые функции, которые на самом деле спокойно мог бы регулировать рынок - при условии, конечно, что будет создана эффективная система саморегулирования. При таком подходе, естественно, функции министерства необходимо сокращать. Это естественный процесс, и если это произойдет, то мы к этому готовы.

- Какие первые шаги в реформе вы намереваетесь сделать? С чего начнете?

- На самом деле реформа идет с момента возникновения рынка средств массовой информации. Рынок постоянно совершенствуется, модифицируется и реформируется. И вопрос лишь в том, какие шаги необходимы на нынешнем этапе. Прежде всего нужна консолидация внутри самой индустрии с четким пониманием целей и задач дальнейшего развития.

Сегодня, к сожалению, у нас существуют довольно серьезные противоречия между центром и регионами в понимании системы рынка, как он должен быть устроен. Конференция "Индустрия СМИ: направления реформ" показала, что определенный разрыв действительно существует. Большая часть небольших региональных изданий сегодня функционирует, имея существенные льготы и дотации со стороны государства, и отказываться от них не спешит.

В то же время крупные медийные компании ратуют за то, чтобы государство сокращало свои дотации и минимизировало собственное участие в рынке и, таким образом, формировало абсолютно равные условия для всех его участников. Поэтому на сегодняшний день задача состоит именно в том, чтобы найти консолидированное понимание, какой рынок средств массовой информации мы строим.

Кто-то говорит, что мы идем по американской модели, кто-то говорит, что мы идем по европейской модели. Я думаю, что мы идем по своей собственной российской модели. Просто требуется еще какое-то время и для реального формирования рыночных условий, и для выработки владельцами, собственниками СМИ общего мнения, как должен выглядеть рынок.

- Какие новые законы нужны для этого?

- В первую очередь, надо совершенствовать действующее законодательство, которое должно соответствовать нынешнему этапу развития рынка и отражать все те новые реалии, которых не было десять лет назад. Я имею в виду взаимоотношения собственника и редакции, собственника и главного редактора. На самом деле идеально было бы иметь законы прямого действия, в которых были бы отражены все аспекты деятельности СМИ. Чтобы не было еще каких-то параллельных норм и правил, которые к тому же могут толковаться двояко.

- А почему вы эти законы не инициируете?

- Министерство имеет право и готово инициировать этот процесс. Но принципиально важно, что делать это необходимо вместе с отраслью. И чтобы те поправки, которые мы предложим, соответствовали и интересам отрасли, и интересам государства.

- Вы назвали формулу: "1 канал, 1 радиостанция, 1 агентство, 1 газета". Вы уже определились, что должно остаться у государства?

- Начну с того, что эта формула довольно условная. Сегодня мы имеем в собственности государства один федеральный телеканал. Другой вопрос, что за всю нашу последнюю историю все центральные средства массовой информации - и ОРТ, и НТВ, и даже новые каналы - развивались за счет государства. Поэтому сегодня мы говорим о подходе, который хотели бы применять к государственным СМИ. Для этого необходимо сформировать рыночные условия. До тех пор пока существует дотация в том или ином виде для электронных или печатных СМИ, они так или иначе относятся к государству.

- Из выступления Константина Эрнста было понятно, что ему очень не хотелось бы, чтобы контрольный пакет ОРТ из рук государства перешел в руки олигархов. Как вы думаете, почему?

- Его история отношений с олигархами была длительной и очень непростой. Поэтому я понимаю его ощущения и чувства. Думаю, что он чувствует себя сейчас гораздо более независимым управляющим, чем в другие времена.

- Но вы все равно не исключаете возможности, что ОРТ будет приватизировано?

- Со временем - да, конечно. И вообще, бурную реакцию вызвали две вещи. То, что мы упраздняем Министерство, - у нас уже начали спрашивать о сроках, а сотрудники - интересоваться выходными пособиями. И второе, что нужно минимизировать участие государства в средствах массовой информации. Еще раз повторяю, что это процесс не одного дня. Это не вывод советских войск из Германии и не ликвидация СССР - принимать решение резко никто не будет. Это будут продуманные решения, которые ни в коем случае не должны повлиять на качество государственных средств массовой информации и на рынок.

- Если государство отказывается от многих своих СМИ и вы об этом публично заявляете, можно предположить, что вы знаете, кто примет участие в их приватизации. Уже обо всем договорились?

- Я бы сказал, что у нас - самая слуховая индустрия. Сами слухи придумываем, сами их внедряем, а потом сами комментируем. Что называется, научились. Я не люблю и не могу комментировать слухи.

- И тем не менее почти через два года состоятся президентские выборы. Возникает предположение, что реформа СМИ как-то с этим связана.

- Да, конечно, на рынке присутствовали определенные слухи, что государство затеяло игру со средствами массовой информации или Министерство хочет улучшить свой имидж. Любые мероприятия с участием государства воспринимаются с подозрением. Чем порадовала конференция, так это тем, что в сообществе возник вопрос: что делать дальше? На самом деле можно ничего и не делать - не такой плохой рынок, не такие плохие условия. На рынке присутствуют, скажем так, иждивенцы и активисты: те, кто сам зарабатывает деньги, и те, кто сидит на дотациях губернаторов или мэров. Но я думаю, что сейчас баланс - в пользу активных людей, которые понимают, что никакая зависимость от государства не является стабильной, эффективной, с точки зрения бизнеса. Мы имеем дело с крайне интеллектуальной частью индустрии. Наша индустрия наиболее ранимая, подозрительная. Поэтому любые попытки государства обмануть ее будут моментально раскрыты. Я не случайно в своем докладе сказал, что пришел на это место из бизнеса. И уйду с этого места тоже в бизнес. До пенсии мне еще далеко.

Я честно говорю, что, когда пришел в министерство, в первые дни было очень сложно перестраивать подходы, выделять именно государственные интересы. Бизнес-процессы и государственное позиционирование на самом деле очень трудно совместимы. И я прекрасно понимаю, что если не будет реформ, то не будет никакого динамичного развития рынка. Рынок-то только кажется, что большой, а на самом деле - маленький, узкий. По деньгам, инвестиционно это очень слабо развитая отрасль. Почти не увеличивается объем потребления средств массовой информации, не увеличивается число подписчиков.

- Вы заявили, что в идеале нужно отказаться от льгот для СМИ, и в то же время говорите, что рекламы мало, инвестиций мало. Не получится ли, что после отмены льгот значительная часть СМИ просто не выживет?

- Закон рынка - очень простой: выживает сильнейший. Да, звучит цинично, плохо, но любые способы продолжения длительной агонии - неправильные, они не приведут ни к какому эффективному результату. Рынок должен сам определить - читатель, слушатель, зритель должны сами определить свои приоритеты.

Однако есть и совсем не рыночные - социально ориентированные проекты. Средства массовой информации сами должны понимать степень важности своего участия в решении социальных задач. Вы как СМИ можете жить хорошо, а по улицам будут ходить толпы наркоманов. Если ваши дети будут употреблять наркотики, не думаю, что вам это понравится, даже при условии успешного бизнеса. Даже очень хорошая в рыночном плане газета обязана говорить, что наркомания - беда и не приемлема для нашего общества.

- Социальные проекты должны финансироваться государством?

- Да, на конкурсной основе.

- А что касается дотаций различным средствам массовой информации?

- Пока мы не можем отменить эти дотации, потому что на сегодняшний день рыночные структуры еще не сформированы до конца. Со временем их постепенно надо отменять. За исключением некоторых социально важных аспектов: книжки для детей, издания для инвалидов. Во всех странах мира делается так. Целевые дотации, конечно, будут оставаться.

- Сегодня на конференции высказывалось предложение, что нужно отменить НДС для СМИ. Как вы к этому относитесь?

- Да, в Европе многие страны применяют серьезную льготу по НДС, сводят ее до нуля. Но не нужно перенимать опыт просто в лобовую. Я уже приводил такой пример: давайте в деревню купим "Мерседес" и попробуем на нем поездить. Какое-то время он, наверное, проездит, но потом сломается - поэтому первоначально надо выстроить дороги. И в глобальном плане я против того, чтобы осуществлялось льготирование без целевых задач.

- А такие вещи, как передача телевизионного сигнала в небольшие города?

- Это социальная функция государства. И она, конечно, будет дотироваться, потому что коммерчески такие регионы не привлекательны.

- Если отказаться от льгот, рекламного рынка будет достаточно, чтобы обеспечить жизнеспособность СМИ?

- Через два года. У нас сейчас один из наиболее динамично развивающихся рекламных рынков в мире. Инвесторы придут тогда, когда будет прозрачный рынок, когда будут понятны условия существования на нем.

- А не получится так, что в сектор, из которого уйдет государство, придут олигархи, как это уже было?

- Поэтому и надо совершенствовать законодательство. Американское законодательство имело в свое время очень серьезное ограничение по количественному владению средствами массовой информации. Но это должны быть индустриальные ограничения, которые не направлены на то, чтобы влиять на средства массовой информации.

- На конференции прозвучала мысль о создании лоббистской структуры для СМИ. Вы считаете, что это должна быть организация по типу РСПП?

- Я считаю, что РСПП - очень рациональный орган лоббирования корпоративных интересов. Мы, со своей стороны, будем стимулировать создание подобного органа. Но все-таки индустрия должна сама принять решение, как этот орган должен выглядеть, как он должен финансироваться. В любом случае нам нужны партнеры, которые объединили и консолидировали бы отрасль, чтобы мы могли решать все возникающие проблемы.

- Как вы считаете, а на рекламном рынке нужны какие-то изменения? Накануне конференции ходили слухи о демонополизации рекламного рынка.

- На сегодняшний день есть серьезная диспропорция в рекламе между крупными средствами массой информации и региональными. Сегодня три или четыре канала фактически контролируют 75% рекламного рынка. Конечно, это не конкурентная пропорция распределения рекламного бюджета. Она связана не с рекламой как таковой, а с отношением рекламодателя к тому или иному средству массовой информации. Естественно, надо создавать механизм привлекательности региональных каналов. Должна вестись социологическая исследовательская работа, чтобы открывать эти рынки. Привлекать туда рекламодателя, чтобы он перераспределял свои бюджеты. Для этого рынок должен понять, что реформа необходима.

- И вы считаете, что через два-три года это все-таки произойдет?

- Если мы будем действовать, то да.