ХАМЕЛЬН ИЩЕТ СВОИХ ДЕТЕЙ ПО ВСЕМУ МИРУ
Могут ли СМИ перенести социальный опыт других стран на российскую почву?

Елена АГАШИНА, обозреватель московского еженедельника "За Калужской заставой"

26 июня 1284 года, около семи утра внезапно исчезли 130 детей из немецкого городка Хамельн, лежащего на берегу реки Везер. Легенд по этому поводу за истекшие 717 лет не стало меньше. По одной версии город Хамельн подрядил некоего Крысолова, который утопил в Везере полчища оккупировавших город крыс, но… не заплатил Крысолову за услугу. И тогда тот сыграл на дудочке и увел хамельнских детей. По другой версии детей и подростков завербовали в крестовый поход (это практиковалось). По третьей версии они ушли на нынешние славянские земли (тоже вербовка). Однако ни одна версия (даже современная - об НЛО) не могла бы устроить безутешных родителей. С тех пор считается, что хамельнцы очень неравнодушны ко всем детям в мире и всегда платят по счетам.

"Левей Ганновера" - так приблизительно-небрежно, дабы подчеркнуть малозначительность, определила его местонахождение на карте Германии Марина Цветаева. И уж не пожалела язвительных, уничижительных характеристик в поэме "Крысолов". Чем именно так раздражал эту крылатую женщину тихий, уютный нижнесаксонский городок? Ну, конечно же, глубоко презираемой, безоговорочно отвергаемой ею сонной размеренностью, предсказуемостью жизни на века вперед. Для Цветаевой предпочтительнее оказалась массовая гибель хамельнских детишек в пучине вод, поданная в финале поэмы без тени ужаса и сожаления. Как благословенный выход из дремотного жизненного тупика: "Муттер, ужинать не зови! / Пу - зы - ри".

Просто мороз по коже. Волшебная сила искусства... Слава Богу, волшебная сила жизни ей соразмерна. А потому за жителей сегодняшнего Хамельна можно не беспокоиться - город не позволит утонуть: ни маленьким своим гражданам, ни старичкам, ни хворающим, ни выбивающимся из общепринятых понятий "нормы". И эта размеренная, предсказуемая забота распространяется не только на "своих", но, в частности, и на тех, кто живет значительно "правей Ганновера", например, на Брянщине, где слово "Хамельн" известно даже детям. Прежде всего, - детям.

С ЧЕГО БЫ БРЯНСКИМ ДЕТЯМ ЗНАТЬ ЭТО СЛОВО?

И вы правы: слова "Хамельн" в букварях нет (впрочем, как и слова "Чернобыль"). Однако, дети, получив вместе с тысячами жителей Брянской области невидимую, неслышимую, но ощутимую дозу облучения, знают и то, и другое. Мир, шокированный катастрофой, стремился чем возможно помочь пострадавшим. Среди волонтеров была и одна из многочисленных независимых благотворительных организаций ФРГ "Немецкий паритетный благотворительный союз", для краткости - "Паритет".

Несколько слов о статусе негосударственных организаций (НГО) в Германии. Это далеко не "частные лавочки", творящие добро по наитию. В разветвленной системе социальных заведений, служб и услуг страны они играют не последнюю роль, охватывая все виды социальной помощи. Собственные средства НГО формируются в основном из денежных и материальных пожертвований. А государство, не претендуя на монополию в этой сфере, всячески поддерживает НГО, и даже выделяет дополнительное финансирование, и даже… вменяет в обязанность чиновникам с ними сотрудничать. НГО органично встроены в систему социальной работы, являясь членами Немецкого объединения государственного и частного попечения. Словом, независимым благотворительным организациям в ФРГ - зеленая улица. Не потому ли, в частности, немцы слывут в мире наиболее социально защищенными? Только интересующий нас здесь "Паритет" - это 15 самостоятельных земельных объединений, в которых более 8 тысяч региональных и надрегиональных организаций-членов. Не 8 тысяч человек, а 8 тысяч организаций!

Впечатляет… Одно из отделений, расположенное в Хамельне, более 10 лет назад и "прорубило окно" в Брянск. На волне "чернобыльской" помощи из Хамельна пошли конвои с медикаментами, одеждой, продовольствием, игрушками: для пациентов областной детской больницы, для обитателей интернатов и детских домов. В обратном направлении - из зараженной зоны - повезли детей-сирот: на отдых и оздоровление...

Даже когда чернобыльскую тему с неизбежностью перекрыли новые катастрофы, сквозь которые продирается наш терпеливый мир, "Паритет" в Брянске остался, ибо нашлись люди, которые за глобальной общественной драмой разглядели тихие, невидимые миру "маленькие" трагедии социально беззащитных граждан. Так уж вышло, что никто более не подрядился этим гражданам помогать: ни держава, ни новый русский бизнес.

ЕСЛИ ВАС БОЛЬШЕ СЕМИ, - ОБЪЕДИНЯЙТЕСЬ!

На нишу САМОПОМОЩИ, которую занял "Паритет", никто и не может претендовать - ни в России, ни в Германии. Бесплатных слонов не раздают. В Германии это выглядит так: если не менее семи человек озабочены одной проблемой и хотят объединиться для общения и взаимопомощи, - их маленькое сообщество официально зарегистрируют, им предоставят помещение для встреч, и без необходимости (подключение психолога, социального работника) не станут вмешиваться в содержание этих собраний.

Групп "Помоги себе сам", где люди сообща решают медицинские, социальные, психологические, возрастные - да любые свои самые невероятные проблемы, в Германии тысячи. Они платят "Паритету" посильные, в каждом случае дифференцированные, членские взносы, а взамен получают организационную, финансовую, а, случается, и политическую поддержку (иногда, например, даже законы удается изменить в их пользу!). Эти группы "самопомощи" открыты для новых членов, и найти их нетрудно: издаются своеобразные путеводители с перечнем имеющихся в данном регионе групп, с адресами и телефонами. На том стоит вся социальная система ФРГ. Прежде всего, человеку дают возможность самому о себе позаботиться (с помощью семьи, друзей, групп самопомощи), а государственные органы подключаются в последнюю очередь. Вслушайтесь: ДАЮТ ВОЗМОЖНОСТЬ!..

Закаленные десятилетним погружением в российскую действительность немцы, понимали, что жителям Брянска никто "помогать в общении" не собирается, и помещений "для встреч" не выделят, и в справочнике информацию не напечатают. Но идею "самопомощи" пропагандировали (напрямую либо через прессу), и уже этим побуждали людей к личной инициативе. А тем (многим), кто откликался, предлагалась апробированная эффективная технология выживания. По разным причинам, но и в Германии, и в России инициатора этого проекта Норберта Раабе считали "белой вороной" (по-немецки "raabe" - ворон).

А "БЕЛУЮ ВОРОНУ" И НЕ ЗАМЕТИЛИ…

Норберт Раабе - глава "Паритета" в Хамельне. Это он, фанат самопомощи, придумал прорыв на брянском социальном фронте, предложив не только рыбу, но и удочку. Удивительно не то, что придумал, а то, что у него получилось. "Хамельнская дудочка" увлекла волшебной музыкой местные НГО, и пару лет назад была создана Ассоциация общественных организаций Брянской области "Содружество". Вместе с 15 ее членами "Паритет" (на правах партнера) помогает детям-инвалидам, ликвидаторам чернобыльской аварии, потерявшим слух, диабетикам, солдатским матерям, многим другим нуждающимся, делится методиками, участвует в совместных социальных проектах, планирует организацию семинаров для брянских коллег (как в России, так и в Германии). Насколько этот опыт приживется, зависит не только от энтузиазма волонтеров, но и от налаживания контактов "Содружества" с местной властью.

Опыт здесь был скорее минусовый. Например, ни один из пяти губернаторов, сменявших друг друга в главном брянском кресле, не счел возможным встретиться с руководством и активом "Паритета". А газета "Брянский рабочий" (местный официоз) когда с помпой сообщала об открытии реабилитационного центра для детей-инвалидов с врожденными родовыми травмами, ни словом не обмолвилась о том, что "Паритет" внес на его строительство и оборудование более 5 тысяч марок...

Но… Аккуратная мелодия хамельнской дудочки достигла и властных ушей. Лед тронулся. Год назад Норберт Раабе впервые был принят в областной администрации заместителем губернатора. И ушел окрыленным, услышав из уст собеседника слова благодарности, а главное, признание важности местных гражданских инициатив, обещание их поддерживать.

НЕМЦЫ - В БРЯНСКЕ! РУССКИЕ - В ХАМЕЛЬНЕ!

За благотворительными акциями, многотысячными денежными пожертвованиями, совместными социальными проектами легко просматривается "роскошь человеческого общения", совершенно невозможная лет пятнадцать назад.

Кроме Норберта Раабе, приезжавшего в Брянск не менее 15 раз (очередной визит был в минувшем мае) и его коллег по "Паритету", Россию открывали десятки очень даже выдающихся немцев. Журналист Дитер Клоке; руководитель благотворительного общества "Помощь в жизни детям с отклонениями в развитии" Дитер Лиснер; вице-президент Международной ассоциации педиатров Европы, организатор системы социально-педиатрических центров в Германии Хорст Лизон; известный у себя на родине психотерапевт Герман Нидерхут; преподаватель техникума Питер Майер…

В Хамельн же ехал встречный поток - открывать Германию: главврач Брянской областной детской больницы Александра Числина; руководитель "Содружества" Светлана Авдеева; директоры детских домов Сергей Гапонов и Нина Давыдчук; профессор БГПИ Галина Росихина и… Врачи, педагоги, социальные работники, студенты, художники и, разумеется журналисты. Без них такие открытия не случаются.

КАК ГАЗЕТЫ СПАСЛИ ПРОЕКТ

Это произошло естественно. За десятилетие у "Паритета" сложились творческие, дружеские контакты с журналистами газет "Брянские известия" и "Брянское время", ГТРК "Брянск". Их публикации, теле- и радиоматериалы имели двойной резонанс - не только в России, но и в Германии, где достаточно тех, кто считает "русский" благотворительный проект подзатянувшимся. Активность брянских общественных организаций реабилитировала деятельность "Паритета" в глазах скептически настроенных немцев.

Когда же обозреватель "Брянского времени" Татьяна Ривкинд создала вместе с друзьями клуб "Россия - Германия" хамельнцы поверили в "движение навстречу". Начались регулярные встречи и обмен информацией.

В начале 2001 года близкий к "Паритету" пресс-клуб "Везербергланд" пригласил небольшую группу представителей брянских и московских СМИ посетить Нижнюю Саксонию. Я была в этой поездке и увидела Германию (а значит, Европу) в неожиданных - по крайней мере, для меня - ракурсах.

НЕОЖИДАННАЯ СТРАНА

Что было неожиданным? То, во-первых, что Рольф Вернштадт - президент нижнесаксонского Ландтага, второй по величине федеральной земли ФРГ - тут же нашел возможность принять российских журналистов в бывшем зимнем саду королевской семьи. То, во-вторых, что дом престарелых "Курзана", расположенный в курортном местечке Бад Пирмонт, совершенно не походил на богадельню. То, в-третьих, каким вниманием окружены посетители в опекаемых "Паритетом" кризисном женском центре и в группе самопомощи душевнобольных "Мост". То, в-четвертых, каким не слишком богатым, но сказочным оказалось лесное царство художника Зигфрида Левальда, одного из стойких энтузиастов социальной поддержки детей Брянщины.

Впечатления были контрастными и, при этом, непривычно деловыми. Вот мы в суперсовременном ганноверском массмедийном концерне облизываемся на обилие и качество великолепного оргтехнического и типографского оборудывания, а вот уже "на пленэре" (под проливным дождем!) месим хлюпающую грязь и вдыхаем острые запахи навоза. Навоз в этом культпоходе - самое главное зрелище. Не он сам, конечно, а установка, перерабатывающая дурные запахи в дешевое экономичное топливо - биогаз.

Уже поездка давно позади, а я мысленно возвращаюсь к ней. Что это было? Только гостеприимство? Или же демонстрация преимуществ социально ориентированного государства? Все это нам показывали люди, которые уже насмотрелись в России на детей, лежащих в больничных коридорах, которые уже столкнулись с непрошибаемой надменностью наших больших и малых чиновников. Они как бы говорили: смотрите, это вот больница, это вот реабилитационный центр, это наши чиновники… Еще? Пожалуйста. А вот это - конкретные дела, которые нормально уживаются с демократией, которые без демократии и невозможны.

ЭКОЛОГИЧНОСТЬ СОЗНАНИЯ

О нем говорил депутат Ландтага от партии "зеленых" Томас Шредер, выкроивший день, чтобы познакомить нас с используемыми в Нижней Саксонии альтернативными источниками энергии. Он назвал самыми продуктивными и надежными источниками энергии человеческие сердце и разум.

Чем занимались "зеленые" в последние 15-20 лет? Внедрением новых технологий, вырабатывающих энергию из отходов, из солнечного света и ветра? И этим. Но прежде всего тем, что привычнее назвать словом "пропаганда". Они убеждали и убедили людей. И сегодня убеждают (создавая примеры и рекламируя их через СМИ), что семья, спокойно тратящая до 30 тысяч марок на покупку нового кухонного оборудования, должна не поскупиться на покупку солнечного коллектора, стоящего в четыре-пять раз дешевле.

- Это выгодно! - убеждают "зеленые". - В теплое время года вы сможете полностью заменить другие источники энергии. Потратившись, вы сэкономите деньги и будете жить в чистом мире. Помогите себе сами!

КАК ХОРОШО, ЧТО ОНИ "ПОМЕШАНЫ" НА ВЗАИМОПОМОЩИ!

Видите ли, то, что тот же Хамельн не дает в обиду своих граждан, не есть многовековая традиция, а случилось во многом благодаря "Паритету", чей проект "От человека - к человеку" стал массовой модой, если хотите. Граждане всех возрастов безвозмездно берут на себя уход за одинокими, больными, инвалидами, занимаются с трудными подростками, нянчат малышей, помогают адаптироваться иностранцам, прибывшим в Германию на постоянное жительство. Фантастика. Мы ведь считаем себя самыми добрыми, самыми широкими, самыми щедрыми… Или уже не считаем?

А вот упоминавшийся нами художник Зигфрид Левальд ведет индивидуальный альтруистический проект "Артибус". Ежегодно он дает возможность брянским художникам поработать в Германии и пожить в его обособленном лесном домике. А потом и выставиться в своеобразной галерее под открытым небом - на четырех тысячах квадратных метров своих владений. За лето лесную выставку посещают до 15 тысяч человек, и многие не уходят с пустыми руками. Часть средств от продажи своих работ российские художники жертвуют в пользу детских домов в городе Севске и поселке Негино Брянской области. Левальд же берет на себя покупку необходимых вещей для сирот в России и обеспечивает сопровождение гуманитарных конвоев - миссию непростую и небезопасную. Зачем он это делает, как вы думаете? Ведь возник такой вопрос? А вот у него не возникает…

ВОЗМОЖНО ЛИ ЭТО В РОССИИ?

- Как вы думаете, возможно ли в России появление подобной "Паритету" негосударственной "социальной крыши" для стариков, больных, малоимущих? - спросил у нас Норберт Раабе. - Позволят ли ваши власти осуществить такой проект?

Смешно и грустно? Почему нет? Позволят. Но уж никак НЕ ОБЯЖУТ чиновников организационно поддерживать НГО. А уж бюджетной поддержки (как в ФРГ) ждать от государства, которому почему-то ни на что не хватает денег - это просто наивно. Да и частных благотворителей днем с огнем не сыщешь.

Чего уж там… Москва - не самый бедный город на планете (и тем более - в России). И вот в столице существуют три женских кризисных центра "АННА", "Сестры", "Ярославна". Возникшие в последнее десятилетие и доказавшие свою востребованность, эти общественные организации существуют ТОЛЬКО за счет зарубежных грантов. Правительство Москвы их деятельность одобряет, но финансировать (хотя бы частично, предоставляя арендные льготы) не торопится. Ну а наши бизнесмены, едва заслышав слова "старики", "инвалиды", "сироты", честно признаются, что лишний раз привлекать внимание налоговой инспекции к своим доходам желания не имеют. Вот закончится очередной грант (скажем, от Правительства Нидерландов) - и общественная машина продолжает каким-то чудом двигаться без горючего, на энтузиазме, которым не накормишь и не оденешь.

Нет, господин "Белая Ворона", мы опять бредем "другим путем". Как сказал один известный российский промышленник и политик, "у нас невозможен шведский путь развития, потому что в России слишком мало шведов". Да и немцев, если разобраться, не намного больше. Но мы, как и прежде, надеемся, что даже этот "другой путь" в итоге приведет нас в единую Европу. Хотя наша Европа значительно "правей Ганновера"...

Во время посещения году мебельной фирмы "Вилькхаэн", производящей лучшие офисные стулья в мире, кто-то из нас поинтересовался у менеджера Бургхардта Ремерса, не составляют ли конкуренции этой высококачественной мебели многочисленные подделки.

Улыбнувшись, он отрицательно покачал головой. И, жонглируя глаголами-омонимами "kopiren" и "kapieren" , выразительно постучал по высокому лбу:

- Тут мало подражать. Тут соображать надо!

Прав господин Ремерс. Скопировать чужой опыт невозможно. А чтобы обрести собственный, нужно самим соображать. Головой и сердцем. Нужно понять, какого результата мы хотим. Нужно захотеть этого результата достичь. И захотев - работать.

Неужели нужен хамельнский опыт 1284 года, чтобы полюбить всех живущих детей, всех, кто нуждается в нашей поддержке и помощи?