Именно в сетевом пространстве бывшие зрители НТВ — ТВ-6 — ТВС могут обнаружить передачи уже не существующего в эфире телевидения. Его создал и ежедневно обновляет человек с сетевым псевдонимом «Отголосок». Это его личный опыт частного сопротивления телематрице, монополии власти на эфир. Автор проекта рассказывает:

«Сайт появился как знак протеста против того дикого беззакония, которое под видом «спора хозяйствующих субъектов» и прочей чепухи творит власть руками своих холуев; против трусости и бессмысленной злобы, растлевающих общество. Нелепость действующей власти, ее неспособность к развитию все больше заражают людей, и противостоять этому я могу, лишь создав этот проект». Здесь, на этом сайте, можно найти программы, за которые, собственно, и «прессовалось» телевидение Владимира Гусинского. Например, посмотреть видео к программе «Куклы» про «крошку Цахеса», прототип главного героя которой всем хорошо известен. Тут же — практически в режиме «по требованию» — можно скачать на компьютер или просто просмотреть выпуски новостей, программ «Тушите свет!», ток-шоу, специальных репортажей — все то, на стирание чего из национального эфира тратится столько средств.

Сеть открывает новые СМИ

Сегодня на запрос « интернет-телевидение» в российских поисковых системах « Рамблер» и « Яндекс» выпадает до тысячи сайтов, где можно посмотреть видеопрограммы. Идеолог интернет-холдинга « Рамблер» Иван Засурский говорит, что «для тех, у кого есть доступ в интернет, уже такое понятие, как центральный канал, лишено смысла. В сети ведь много центров, а не один. Эволюция происходит в сторону взаимодействия с аудиторией. Тот, кто первый построит правильную архитектуру открытых медиа, тот и возьмет большой перспективный рынок. Интернет — это интерактивное телевидение. Открываете, покопались 15 минут — и нашли сто пятнадцать сайтов, где одни видеофайлы просматривают десять человек, другие — сто пятьдесят. Это уже существует». Одним из таких сетевых телепроектов является Rambler Vision, где пользователям доступны телепрограммы альтернативного и регионального телевидения, которым не нашлось места в эфире национальных каналов.

Государство хочет преуспеть на рынке интерактивного телевидения. Главный вопрос: зачем им это надо?

Большинство негосударственных проектов в сфере интерактивного телевидения сегодня делают ставку прежде всего на развлечение и прибыль (« Рикор», «Диво-ТВ» или деловое «РБК»).

А недавно о буме цифрового вещания заговорили «вдруг» и в правительстве РФ. Михаил Фрадков лично интересовался вопросом. Руководитель президентской администрации Дмитрий Медведев распорядился даже о создании государственной программы по развитию телерадиовещания в России. Из заявлений чиновников известно, что в ближайшие год-два телевидение хотят сделать платным и многоканальным. И здесь даже не цена вопроса волнует многих, а его суть. Будет ли у зрителя выбор или нам хотят предложить очередные «шоры», иллюзию выбора, прикрывшись классикой американской или английской документалистики, отказав в праве на анализ российской действительности?

Важно ли, какие взгляды у вашего оператора связи?

На самом деле интернет-телевидение в России могло бы развиваться гораздо активнее, если бы не одно «но». До сих пор шесть из семи межоператорских точек обмена интернет-данными на территории России контролируют крупнейшие провайдеры и интернет-операторы, так или иначе аффилированные с государством. Как возникла эта монополия, становится ясно из комментария историографа российской сети Андрея Травина, который уверен, что «наибольший вклад в развитие рунета внесли «Демос» (один из первых интернет-провайдеров. — Прим. ред.), Сорос и «ЮКОС». Что стало с последними двумя, никому уже объяснять не нужно. Однако даже в условиях контроля государства на рынке современных интернет-технологий в России у пользователя остается надежда на седьмую точку межоператорского обмена, принадлежащую иностранному оператору связи. Да и сама среда интернета в принципе устроена так, что работает на преодоление любой монополии. Сегодня роль телепередатчика или «рубильника» в случае с интернет-вещанием выполняет специальный сервер (компьютер, архивирующий и транслирующий данные в интернет или на спутник). Это компактное оборудование может быть зарегистрировано и расположено где угодно: в Тувалу или на Гибралтаре — независимо от местонахождения производящих студий.

Плюс цифрового вещания в том, что этот стандарт передачи данных позволяет объединять различные технологии доставки сигнала, что упрощает возможность его получения зрителем альтернативными способами. С одного сервера сигнал может сейчас отправляться в интернет, на спутник и даже на экраны мобильных телефонов.

Физически такое вещание в России могут получать как минимум двумя способами: зайти со своего компьютера на соответствующий сайт в интернете или подключить к телевизионному приемнику специальную приставку-декодер, которая фактически является мини-компьютером, забирающим сигнал из интернета и «переводящим» его на экран обычного телевизора.

Опыт частного теле-радиосопротивления

Объединение цифровых и традиционных технологий позволило в свое время Верану Матичу — шеф-редактору югославской независимой телерадиостанции Би-92 — создать прецедент противостояния цензуре Милошевича и американских военных. Теперь Би-92 — независимый медиахолдинг, состоящий из телестудии, радио и издательского дома, хотя эта команда пережила четыре закрытия, цензуру, обыски, погромы в студиях и полный захват компании прогосударственным менеджментом. Лишившись отобранной правительством эфирной частоты в 2000 году, Би-92 сумела в 24 часа организовать систему ретрансляции своего сигнала. С помощью интернета и спутниковой связи они смогли охватить 60 процентов населения Югославии — 14 миллионов человек. Их вещательный сервер находился в Амстердаме, финансово помогали Сорос, международные организации и обычные граждане.

В России есть спрос на телевидение, не зависимое от государства

По данным социологических исследований, от 12 до 20 миллионов людей в России нуждаются в каналах достоверной информации и являются потенциальными потребителями негосударственного общественно-политического телевидения, которого пока нет. Сможет ли этот спрос сформировать адекватное предложение? Пока это «открытый вопрос». Если те, кто способен повлиять на возникновение в России такого СМИ (менеджеры, телевизионные специалисты, журналисты, операторы, продюсеры), разработают оптимальную экономическую модель, соберут журналистский коллектив, просчитают варианты доставки сигнала, тогда и появится сначала экспериментальное, а потом, возможно, и полноценное общественно-политическое телевидение.

ДАЖЕ В САМОМ ЗАКРЫТОМ ОБЩЕСТВЕ ЕСТЬ РАЗУМНЫЕ ЛЮДИ

Новая газета" № 95 2004

Манана АСЛАМАЗЯН известна в среде профессионалов массмедиа как опытный менеджер, эксперт в области телевизионных СМИ и руководитель организации « Интерньюс». Ее компания более 10 лет осуществляет успешные образовательные проекты, помогая журналистам региональных телекомпаний совершенствовать свое мастерство. Мы обратились к ней с вопросом: могут ли современные технологии помочь преодолеть монополию государства на информацию?

— Американский « Интерньюс» был основан в далекие 70-е годы телепродюсерами, которые однажды сыграли против правил медиаполитической системы. Могут ли люди в России, играя против правил, создать что-то новое на телевидении?

— Американский « Интерньюс» смог убедить канал PBS показать антиядерную демонстрацию. В современной России, сыграв против правил, получить доступ к федеральной аудитории практически невозможно. Нынешние «правила игры» отличаются большим количеством ограничений. Есть «свои» и «чужие» и есть очень большая экономическая цена вопроса: где взять на эту «игру» деньги? Да, большое количество гласных и негласных указаний в СМИ приходит сверху. Но даже в самом закрытом обществе есть разумные люди, которых можно в чем-то убедить. Важно, чтобы те, кто считает себя игроком против правил, смогли доказать, что полезны обществу. Тогда и в России можно сыграть против правил.

— Опыт Верана Матича, директора оппозиционной режиму Милошевича телерадиостанции Би-92, показателен?

— Би-92 в Белграде, которую возглавил Веран Матич, была очень смелой телерадиостанцией. Она возникла, когда была очень нужна. Как «Эхо Москвы» или многие региональные телекомпании были нужны в августе 91-го, а «Рустави-2» — в Грузии в период нескольких смен лидеров. . Заслуга компании состоит в том, что она смогла адаптировать революционный порыв в грамотный бизнес, в медиакомпанию.

— Компания « Интерньюс» участвовала в создании межрегиональных коммерческих телевизионных сетей. Может ли у нас со временем появиться полноценная телесеть общественного вещания, учитывая возможности интернет-вещания?

— В проекте «Фабрика новостей» мы показали технологию, а 16 российских телекомпаний договорились, что будут бесплатно обмениваться между собой новостями через интернет. И если через пару лет участники этого проекта создадут одну общую информационную программу — ради бога! (Система информационного обмена RUSTV.RU устроена так: участники проекта по сети интернет пересылают свои видеосюжеты на центральный сервер, откуда каждый может забрать необходимое количество сюжетов для показа в эфире своей телекомпании. — Прим. ред.)

— Чего сегодня вам не хватает в национальном телеэфире?

— Мне не хватает практически во всех новостях на телевидении нашей страны разнообразных точек зрения. На сегодняшний день на каналах существует табу на некоторые имена. Безусловно, прежде всего из-за страха, боязни. Для меня принципиально, когда информация спущена сверху, когда «об этом никогда и ничего», а иногда это элементарная трусость владельцев и журналистов. Для региональных телекомпаний, кстати, мы провели конкурс «Время действовать», который между собой так и называли — «Табуированные темы»: обучали региональных журналистов, каким образом можно с пониманием последствий своих материалов освещать сложные темы.

— В отношении развития ситуации вы скорее пессимист или все-таки оптимист?

— Я — реалист . Работать с нормальными либеральными идеями пока можно. Понятно, что степень осторожности в обществе, к сожалению, зашкаливает и недоверие, неумение дискутировать существуют, но я больше все-таки оптимист. Не думаю, что такая большая страна при ускоренном развитии современных технологий может взять и закрыться. Ну невозможно это!

НОВОСТИ КАК ОНИ ЕСТЬ. ЗДЕСЬ ЭТО ЕЩЕ ПРОФЕССИЯ

Новая газета" № 95 2004

       Ж урналисты должны понять, что главным должно быть мнение зрителей, которые смотрят программу, а не человека с погонами».

В этом уверен Андрей НОРКИН, ведущий информационной программы «Сейчас в России» и главный редактор телекомпании «Эхо-ТВ». То, что сегодня из Москвы передает его студия, — это взгляд на события в России, которого пытаются избежать на российском государственном телевидении. Эти новости показывает RTVI.

– Из-за нехватки телеинформации в Москве раскупают газеты, как в старые времена. Во время бесланских событий за общественно-политическими изданиями — «Коммерсантом», «Новой газетой», «Независимой», «Известиями», «Газетой», «Московскими новостями» — надо было вставать рано утром.

— Есть ли способ увидеть ваши новости в России?

— Канал RTVI покупает нашу продукцию. Сигнал отсюда, из Москвы, через интернет идет в Нью-Йорк, оттуда — в Кельн, из Кельна поднимается на спутник, а он уже охватывает все точки. Мы хотим подобное сделать и в России, но для распространения в регионах нужна политическая воля. Местный телеканал должен сказать нам, что хочет получать наши новости. В прошлом году, после очередного ареста Владимира Гусинского в Афинах, в ходе подобных переговоров наши коллеги попросили взять паузу. Тут и объяснять нечего. Появляется интервью с Ходорковским в эфире ТВ-2 в Томске, и у них начинаются проблемы. Хотя, например, вся Украина работает совершенно официально с RTVI. НТВ там нет, а RTVI есть.

— Что должно произойти для того, чтобы возникло ТВ, ориентированное на зрителя?

— Журналисты должны понять, что для них важно не мнение человека с погонами, у которого они берут интервью, а мнение бабушки, которая смотрит их программу. Только когда мы почувствуем страх, ложь, что дальше нет хода, можно сказать, что создается фундамент для движения в обратную сторону. Пока же ТВ — чисто развлекательный проект.

— А последние российские события, тенденция к увеличению запретов, ужесточение цензуры — это разве не патовая ситуация?

— Думаю, еще нет. К этому разговору стоит вернуться в начале 2007 года, если мы будем на пороге парламентской кампании. Пойдет ли президент на третий срок, будут ли менять Конституцию? Ведь появился Горбачев — человек из той же структуры, но с пониманием, что надо что-то менять. И пошла реакция. Визит президента Путина в ночной бесланский госпиталь после трагедии едва не был сорван родственниками: президент столкнулся с очень нелицеприятной реакцией.

Что же еще должно произойти, чтобы люди, которые облечены властью, поняли, что что-то не так? Упорствование в своих ошибках — пожалуй, самое ужасное. Но о каких изменениях можно говорить, если после Беслана военные заявляют, что нанесут превентивные удары по базам террористов в любой точке планеты? Мы же все знаем, что оставшиеся у нас ракеты не вылезают, даже когда президент полчаса таращится на них в бинокль.

— Результатом монополии государства на телеинформацию стали две России: реальная и виртуальная. Иностранцы и русские за рубежом могут получить более адекватные теленовости и аналитику, чем россияне. У вас есть такое ощущение?

— Естественно. Я не знаю, что люди могут сделать. Наверное, купить газеты, подписаться на них: пока не все могут себе позволить интернет. Однако совсем перекрыть информацию невозможно. Думаю, неспроста в последнее время говорят, что некоторые политтехнологи осознали: в отношении общества и СМИ в России палку перегнули, резьбу закручивали-закручивали, и она сорвалась.

— Это позволит «Эху-ТВ» получить доступ к российской аудитории?

— Я бы этого не исключал, но пока не готов предсказывать действия российского руководства.

МЫ ОБЯЗАНЫ СОХРАНИТЬ СВОЮ ЛИНИЮ

Аркадий МАЙОФИС, генеральный директор томской медиагруппы, президент независимой телекомпании «ТВ-2»:

Новая газета" № 95 2004

Если говорить об эфирном общественно-политическом телевидении, то последний плацдарм сейчас остался в виде региональных телекомпаний, которые продолжают работать на ниве информационно-аналитического вещания. Многие считают, что лучше с властью не связываться, и переходят в сферу развлекательного телевидения, которое сейчас становится все популярнее. Осталось по пальцам пересчитать, сколько телекомпаний продолжают обсуждать общественно значимые темы. «ТВ-2» относится к этой категории.

Мы часто обсуждаем на планерках: может быть, имеет смысл нам меньше задевать какие-то важные темы? И все наши журналисты, руководство считают, что мы обязаны сохранять свою линию, потому что это единственный способ сохранить свою репутацию. И мы продолжаем это делать, привлекаем экспертов, даем высказаться людям с разных сторон. Пока не ощущается какой-то реальной угрозы, то есть никаких шагов конкретных власть не предпринимает для того, чтобы нас задушить. Но мы боимся, что до нас просто руки не дошли. Я серьезно отношусь к угрозам в отношении СМИ и верю, что те, кто нас пугают, смогут, если сильно захотят, довести свое дело до конца.

Если говорить о вынужденном «взгляде из подполья», то этот принцип себя оправдывает, но это всего лишь техническая возможность. Для того чтобы этим воспользовались, необходимо иметь достаточно большое количество телекомпаний-участников. Причем тогда они должны будут работать уже на других полуподпольных принципах, по сути дела, это будут телекомпании-самоубийцы, которые согласны выполнить миссию — «пусть даже ценой закрытия». Многие ли решатся на это. Сейчас это бизнес, у всех есть собственники, перед которыми встанет вопрос потери собственных денег. Насколько я знаю, никто сейчас о возможности перехода на « полуподпольное» положение из моих коллег в России не задумывается. Но, может быть, пришло время, по крайней мере, подумать и оценить те технические возможности, которые предоставляет тот же интернет?

Сейчас очень многие говорят о том, что закатилась эпоха информационного телевидения в первую очередь потому, что народом это не востребовано. И на этой волне появляется огромное количество очень популярных каналов, которые занимают нишу развлекательного телевидения. А мне кажется, что сейчас возвращается 91-й год или времена 1-го Съезда народных депутатов, когда люди выбегали к машинам, чтобы послушать новости, узнать по радио, что там, на съезде, творится.

Чем больше власть делает ошибок, аналогичных совершенным за последнее время, тем ближе ситуация к развязке. Люди начинают по-другому смотреть. У нас в Томске даже на местном дециметровом телевидении я видел в эфире гостя студии — профессора медицины, который говорил о том, что он жалеет, что проголосовал за Путина. Это не политик, это медик говорит в эфире на небольшом канале.

Люди начинают просыпаться и задумываться о том, что они сотворили на предыдущих выборах. У меня все-таки есть надежда, что власть не пойдет слишком далеко. А это развяжет руки не для того, чтобы издеваться над этой властью, а для того, чтобы рассказывать то, что происходит на самом деле, просто выполнять свою профессиональную задачу.

Знаете, мы недавно пригласили Георгия Сатарова (политолог, президент фонда « Индем». — Прим. ред.). Он посмотрел нашу информационно-аналитическую программу «Час пик. Суббота» и просто изумился, потому что теперь только Марианна Максимовская позволяет что-то подобное. То есть мы рассказываем, например, об отношении к кавказцам в наших школах. Это просто ужас! Директора не хотят брать кавказских детей, потому что понимают, что масса проблем с этим будет. Мы проследили развитие цензуры в России с 1917 года. В общем, пытаемся что-то сделать. И знаете, мы раньше, например полгода назад, были осторожнее, а теперь все, пришло наконец наше время, черт побери!

У ОБЩЕСТВА ЕСТЬ ШАНС ПРОСНУТЬСЯ

Борис ДУБИН, социолог,специалист по массмедиа из аналитического Центра Юрия Левады :

Большинство россиян (60 процентов) считают, что СМИ должны быть свободными. Правда, год от года нарастает группа тех, которые полагают иначе (35 процентов). Все больше становится людей, для которых проблема свободы СМИ не только не важна, но и иногда раздражает. Прогосударственные телеканалы смотрят сегодня большинство зрителей. Не потому, что сказанное там близко, а потому, что привычно. Но политика «закрывания глаз» и рисования на веках изнутри, как все прекрасно, близорука.

Что будет, если общество лишить свободных дискуссий: прогноз социологов.

Прогнозы и последствия неутешительны: неспособность власти решать задачи, несамостоятельность элиты, презрение к согражданам, цинизм, нарастание равнодушия и астенический синдром. Россия столько хвасталась, что она молодая и перспективная страна, а люди спят вповалку, как будто только что война закончилась, — дикая анемия и астения охватила общество. Какое беспамятство и готовность, в том числе среди политиков и СМИ, снова принять миф о собственной исключительности. Игнорирование телевидением острых социально-политических тем порождает в обществе рост подозрительности, раздражения, у которых нет адреса. В итоге мы имеем дело с большинством людей, которые не в полной мере отвечают за свою жизнь. Нарастают ксенофобические настроения. Уже не стыдно стало говорить: «Я за то, чтобы прекратить въезд чеченцев в Москву». И вот эта риторика, к сожалению, находит отзвуки.

Власть может заставить людей не высовываться, но…

Несмотря на все происходящее, не предвижу полного закрытия страны на манер России второй половины тридцатых или Китая. Нет у нас для этого ни механизмов, ни голов, ни сил, ни рук, ни даже ржавых железок, как видно по десятилетней войне в Чечне. Сомневаюсь в способности нынешней власти выстроить порядок военизированного толка. Но власть может заставить людей не поднимать голову, может навести шорох, страх, заставлять не высовываться и вспоминать о временах, когда каждый мог загреметь. Собственно говоря, это уже происходит.

Представление о том, что свободу могут отобрать, ограничить, есть только у тех людей в России, которые действительно что-то подобное имеют и ценят. Чем больше люди заинтересованы в реальных изменениях, плодах своих действий, тем больше они нуждаются в независимом телевидении, газетах, радио. Чтобы верно для себя представлять реальность и действовать с умом, человеку необходима картинка многообразия и динамики. Все больше образованная часть россиян от телевидения переходит на радио «Эхо Москвы», «Свобода» (по старой памяти) и на сетевые издания в интернете. Потому что им нужны независимые точки зрения, экспертные оценки, а не просто взгляды, интересы и наглая риторика власти.

В России многие довольно точно понимают, что власти им врут.

Большинство опрошенных нами граждан (59 процентов) считают, что вмешательство государства в СМИ недопустимо. Сюда же необходимо включить показатель большого недоверия людей к государству и его органам. Люди пдовольно точно понимают, что им врут. Власть по нескольку дней не появляется в решающих ситуациях. Потом, появившись, мямлит, врет, не может выдать хоть сколько-нибудь связной версии, но к этому привыкли, и от этого всегда оказывается отмазан главный персонаж. Это всегда повешено на тех, которые пониже и пожиже. Но даже сама эта реакция (недоверие к власти, несогласие с ней), к сожалению, во времени не удерживается. Потому что нет структур, которые бы поддерживали это как значимый опыт, которые придавали бы смысл случившемуся: эмоция, как духи, выветривается.

Надо бы проснуться и выразить свою точку зрения.

Думаю, что необходимо всячески сопротивляться равнодушию и единомыслию. Я совершенно не исключаю, что даже на этой земле после всего, что с ней сделали, может возникнуть что-то свободное. Именно ситуация раздробленности общества может объединить людей, у которых есть что сказать, и тех, кто может что-то сделать. Тем, кто имеет начатки собственной мысли и готов отстаивать свою точку зрения, надо бы все-таки проснуться и попытаться это артикулировать. Для этого надо найти каналы, формы, надо строить их, потому что общество без глаз, без ума и без языка и с таким количеством нерешенных проблем и «ржавых железок» у людей в погонах может натворить кучу ерунды и глупости.

Журналисты, мне кажется, должны противостоять цинизму, цензуре и приспособленчеству в СМИ. Ведь среди людей, реально заинтересованных в свободе слова и независимых медиа, достаточно много тех, кто готов и имеет возможности платить за общественное независимое СМИ. Думаю, многие финансово поддержали бы это, и идея создания своеобразного «фонда поддержки независимого телевещания», скорее всего, имела бы успех. Опираясь на интернет и этот тип коммуникаций, можно было бы собирать десятки тысяч людей. По предварительным данным, за это могут проголосовать от трех до шести или даже от двенадцати до пятнадцати процентов Россиян, которые реально в этом заинтересованы и могли бы этому поспособствовать. Надо просто дать знать этим людям. Всегда полезно проявить инициативу, сделать шаг, чтобы каждый показал, кто чего стоит и к чему готов.