Кто бы мог подумать, что стать филантропом так непросто? Разве недостаточно суметь поставить собственную подпись в чеке, указав сумму, пожертвованную на благие цели? “Нет, зачастую все гораздо сложнее”, - возражает Кэтрин Краус, а уж она-то знает, о чем говорит. В конце концов, она является профессиональным филантропом и даже имеет звание магистра филантропии. Для того, чтобы заслужить это звание, пришлось немало потрудиться. Кэтрин Краус закончила Индианский университет в Индианаполисе (Indiana University-Purdue University), прослушав курс по истории филантропии, по налоговом льготам для благотворительных пожертвований, а также по юридическим нормам, которые регламентируют деятельность благотворительных организаций.

Учили в университете, конечно, не столько тому, как правильно жертвовать деньги самому, сколько умению побуждать сограждан к благотворительным пожертвованиям. “Большинство людей хочет что-то сделать для общества, - говорит двадцатидевятилетняя Кэтрин Краус. – Мы помогаем им осуществить эту мечту.” На наш слух подобные слова звучат несколько высокопарно, но американцы относятся к этому иначе. В США гражданам с детства прививается чувство ответственности за тех, кто социально более слаб. Каждый второй американец отдает добровольной общественной работе в среднем около четырех часов в неделю. Кроме того американцы довольно щедро дают деньги на благотворительны нужды. Ежегодная сумма пожертвований составляет, по экспертным оценкам, 110 миллиардов долларов.

“Ту роль, которую в США играет “третий сектор”, можно назвать уникальной”, - говорит Дуайт Бюрлингейм (Dwight Burlingame), работающий в Филантропическом центре (Center on Philanthropy) при Индианском университете. - “Благотворительные организации берут здесь на себя многие задачи, за которые в Европе отвечает государство.” Они покупают, например, участки земли для природных заповедников, организуют бесплатные обеды для бездомных, помогают продуктами бедным, собирают средства для поддержки театров. Государство во все большей мере перекладывает свою ответственность на плечи общественных организаций, уходя из многих областей социальной сферы. Сейчас в США насчитывается около 1,2 миллиона благотворительных организаций, причем ежегодно к ним добавляется 30 000 новых. Все они нуждаются в грамотном руководстве. Здесь и предстоит сделать свою карьеру будущим профессиональным филантропам. Поэтому вопросы менеджмента составляют значительную часть учебных программ. Среди них, например, такие: Как активизировать мотивационные факторы в деятельности сотрудников благотворительной организации и волонтеров? Как наладить эффективный бухгалтерский учет? Как составить этический кодекс организации, чтобы он был убедителен для попечительского или наблюдательного совета?

Пока еще звание магистра филантропии звучит экзотично

Немалое внимание уделяется и проблемам фандрайзинга. “При сборе средств очень важен системный подход. Фандрайзер должен правильно определить адресатов, к которым следует обращаться, а кроме того он должен уметь объяснить им свои цели”, - говорит Бюрлингейм, рассказывая о специальной Школе фандрайзинга (Fund-Raising School) при Индианском университете. Неужели, закончив школу, этому действительно можно научиться? “Хороший вопрос”, - улыбается Бюрлингейм. – “Во всяком случае, собираемость средств и впрямь удается поднять.”

Индианский университет считается крупнейшим академическим центром, где преподают филантропические дисциплины, однако далеко не единственным. Первым включил подобный курс в свою учебную программу Йельский университет. Это произошло еще в семидесятых годах. Теперь 82 высшие учебные заведения в США ввели у себя аналогичный курс под разными названиями. Эти данные содержатся в исследовании Наоми Виша (Naomi Wish) из университета Сетон Холл (Seton Hall University) в Нью-Джерси. В большинстве случаев выпускники получают диплом, где в качестве специальности указываются Nonprofit Management или Public Affairs. И, по крайней мере, в двух высших учебных заведениях, студенты, успешно сдавшие соответствующий экзамен, могут получить звание магистра филантропии (Master of Arts in Philanthropy).

Филантропия оказалась наиболее быстро расширяющейся академической отраслью. “Количество программ и студентов возрастает лавинообразно”, - утверждает Наоми Виш. В 1990 году подобные программы предлагались 17 американскими высшими школами. Сейчас их впятеро больше. Тем не менее такой профессиональный выбор до сих пор вызывает некоторое удивление. Кэтрин Краус рассказывает, как изумлялись ее знакомые, узнавая о том, что она собирается стать магистром филантропии. В прошлом году она сдала экзамен и теперь ведет сбор пожертвований одному университету.

Многие родители испытывают беспокойство в связи с профессиональным выбором своих детей в пользу филантропии. Совершенно напрасно, поскольку шансы на трудоустройство по данной специальности весьма неплохие. “Нам удается устроить каждого”, - говорит Burlingame. Его студенты работают в органах здравоохранения, в маркетинговых агентствах при университетах, в попечительных организациях, оказывающих поддержку музеям или симфоническим оркестрам. Поиск подходящего места для выпускника по данной специальности длится не более трех месяцев.

Однако одна проблема все-таки существует. По свидетельству Виша и Бюрлингейма, штатные работники благотворительных организаций получают лишь около двух третей от тех окладов, которые имеют их коллеги в коммерческих фирмах.